Иосиф Абрамович Рапопорт (1912 — 1990)

Ставшие с начала 90-х годов доступными архивные материалы высших органов партии показали, что все конкретные мероприятия, зафиксированные и обнародованные под видом решений органов по руководству наукой и высшей школой, были заранее приняты на заседаниях Оргбюро и Секретариата ЦК ВКП(б). Сессия ВАСХНИЛ завершила свою работу 7 августа 1948 г., а уже 9 августа на заседании Оргбюро ЦК ВКП(б), проходившем под председательством Г.М. Маленкова, был рассмотрен вопрос "О мероприятиях по перестройке работы научых учреждений, кафедр, издательств и журналов в области биологии и укреплении этих участков квалифицированными кадрами-мичуринцами". В обсуждении этого вопроса приняли участие Шепилов, Кафтанов, Немчинов, Столетов, Презент.

В принятом решении было провозглашено: "ЦК ВКП(б) считает нетерпимым, что важнейшие участки биологической науки до сих пор находятся в руках антимичуринцев-вейсманистов (менделистов-морганистов)". В трехдневный срок было поручено представить отчеты о состоянии преподавания биологических наук в вузах и мероприятия по укреплению в них биологических кафедр, о состоянии сельскохозяйственных научно-исследовательских учреждений и дальнейшему развитию мичуринской агробиологии, об издательской деятельности, обеспечивающей широкую популяризацию мичуринской агробиологии. Отделу пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) поручалось также в трехдневный срок представить ЦК партии мероприятия по укреплению биологического отделения и биологических институтов Академии наук СССР. Постановление ЦК партии закрепило утверждение лысенковщины и явилось прямой атакой на биологическую науку, предопределившей все последующие акции, носившие не научный, а политический характер.

Окончательное постановление ЦК ВКП(б) "О мерах укрепления биологических учреждений Академии наук СССР" было принято Секретариатом 16 августа 1948 г., т.е. до начала подготовительной работы по проведению расширенного заседания президиума АН СССР, и вместе с другими материалами парторганов составило основное содержа-

ние принятого постановления президиума АН СССР от 26 августа 1948 г. Эти решения на партийно-государственном уровне буквально парализовали экспериментальную биологию и биологическое образование.

Только при реорганизации ИЦГЭ и ИЭМ им. А.Н. Северцова АН СССР и увольнения отдельных сотрудников из других учреждений АН СССР на улице оказалось 36 человек. Среди них были академик И.И. Шмальгаузен, член-корреспондент Н.П. Дубинин, 11 докторов наук, 1 профессор без степени, 14 кандидатов наук, 2 младших научных сотрудника без ученой степени и 6 сотрудников научно-технического персонала, 19 из которых подали в президиум АН СССР заявления о восстановлении их на работе в системе АН СССР. И.А. Рапопорт никаких заявлений не подавал. Его положение осложнялось еще и разворачивающейся политикой государственного антисемитизма. В 1948-1951 гг. он будет работать палеонтологом в конторах Министерства геологии, а затем до 1957 г. - по договорам как палеонтолог в различных геологических и нефтяных экспедициях и конторах.

После смерти Сталина почти сразу началось ослабление жесткого политического курса. Прекращение "дела врачей", начавшаяся реабилитация невинно осужденных и другое рождали надежду на возможность изменения политики и в отношении генетики. 4 июня 1953 г. "Литературная газета" опубликовала статью публициста Г. Фиша "Худую траву - с поля вон". В ней напоминалось о заслугах газеты в подготовке "исторической сессии ВАСХНИЛ" и подавалась как последнее достижение науки докторская диссертация В.Д. Дмитриева о мичуринской теории видообразования, в которой повторялся весь лысенковский бред о превращении кукушки в пеночку, пшеницы в рожь и т.п. и продолжалась критика мировой науки.

Возмущение И.А. Рапопорта вылилось в открытое письмо в "ЛГ". Есть все основания утверждать, что "Открытое письмо в редакцию "ЛГ", написанное И.А. Рапопортом 5 июня 1953 г., наряду со статьями, публиковавшимися в "Ботаническом журнале", стало первой критикой лысенковщины, направленной в послесталинский период к руководству СССР. Оно предшествовало создававшимся в это время и широко известным трудам А.А. Любищева, В.П. Эфроимсона, A.M. Эмме, Н.П. Дубинина и других, а также "письму трехсот", под которым стоити подпись И.А. Рапопорта.

Не надеясь, что "ЛГ" это письмо напечатает, И.А. Рапопорт адресует два письма на имя нового председателя Совета Министров СССР и многолетнего члена политбюро ЦК КПСС Г.М. Маленкова с просьбой о содействии публикации. Просьба И.А. Рапопорта удовлетворена не

была. Рукописный текст письма вместе с двумя письмами Рапопорта Маленкову и ответами чиновника был найден нами в Российском государственном архиве новейшей истории (РГАНИ). Там же нам удалось найти письмо Рапопорта от 27 апреля 1954 г., адресованное Первому секретарю ЦК КПСС Н.С. Хрущеву, с просьбой о личной встрече для обсуждения судьбы генетики. Эта просьба была вызвана ситуацией, сложившейся весной 1954 г., когда Хрущев на пленуме ЦК партии критиковал ошибки агробиологов, а в газете "Правда" было опубликовано письмо профессора МГУ С.С. Станкова "Об одной порочной диссертации", в котором защита диссертации упоминавшегося выше B.C. Дмитриева была охарактеризована как возмутительный факт, принижающий "честь и достоинство советской науки", и сообщалось об отмене решения ВАК о присуждении Дмитриеву ученой степени доктора биологических наук. В итоге та правда, которую отстаивал И.А. Рапопорт в открытом письме в редакцию "ЛГ", как бы восторжествовала. Рапопорт, вероятно, надеялся, что ему удастся убедить главу государства в том, что восстановление генетики имеет первостепенное значение для благосостояния страны. Хотя в письме четко выражена просьба о личной встрече, оно все же попадает в Отдел науки ЦК, где с ним беседует заведующий отделом A.M. Румянцев. После этой встречи A.M. Румянцев подготовил следующую записку:

"ЦК КПСС

Доктор биологических наук Рапопорт И.А. приглашался для беседы в Отдел науки и культуры ЦК КПСС, где заявил, что в нашей стране почти прекращены исследования в области экспериментальной генетики, а уровень исследований по генетике, которые ведутся сторонниками взглядов Т.Д. Лысенко, крайне низок. Он считает целесообразным восстановить и расширить исследования в области экспериментальной генетики, имеющие большое значение для развитии биологии. В ЦК КПСС поступил ряд писем о неудовлетворительном состоянии исследований в области генетики, цитологии и гистологии.

Отдел науки и культуры внес предложения в ЦК КПСС о целесообразности создания комиссии, которая могла бы рассмотреть эти вопросы и свои предложения доложить ЦК КПСС.

8 июня 1954 г. А. Румянцев"

Узнав о создании специальной комиссии для рассмотрения вопроса о восстановлении исследований в области экспериментальной генетики, И.А. Рапопорт пишет для этой комиссии специальную работу, назвав ее "К причинам ликвидации генетики как естественной науки в СССР". Историкам науки еще предстоит найти текст этого важного документа.

Ниже мы публикуем письма И.А. Рапопорта в "ЛГ" (1953) и Н.С. Хрущеву (1954).

В.Д. Есаков, Е.С. Левин