Главная страница

1.33.b.jpgИмя Иосифа Абрамовича Рапопорта (1912-1990) пользуется особым уважением в отечественной биологической науке, и не только в ней. Ученый нобелевского ранга, герой Отечественной войны, гражданин, в одиночку выступивший против мракобесия вопреки всеобщему безумию и руководящим идеям Сталина, - другой такой судьбы в истории нашей науки нет.

<…>

Жажда знаний с детства, необычайные способности к языкам, любовь к естествознанию и лингвистике поставили юного Рапопорта перед выбором: поступать в Ленинградский университет на естественный факультет или в Ленинградский институт философии, литературы и истории. Он стал студентом биологического факультета ЛГУ, но продолжал изучать и языки - немецкий, французский, английский и восточные. Со 2-го курса на кафедре генетики, созданной Ю.А.Филипченко, начал заниматься научными исследованиями и развивал их уже в Москве, в аспирантуре у классика экспериментальной биологии Кольцова.

Любимый ученик Кольцова после аспирантуры остался работать в созданном учителем институте, но уже без своего руководителя. В то время главный интерес Рапопорта - изучение пути от гена к признаку (выявление химических веществ, влияющих на реализацию этого пути) и отсюда - влияния химических веществ на сам ген (впоследствии это привело к открытию химических мутаге-нов). Защиту докторской, назначенную на 17 июня 1941 г., перенесли на несколько дней, но началась, война. В первую же неделю Рапопорт идет добровольцем на фронт. Всю войну, вплоть до ее окончания, он на передовой. В ходе войны трижды возвращается в строй: сначала после первого тяжелого ранения; затем в 1943 г., когда во время короткого пребывания в Москве он защитил докторскую диссертацию и получил предложение Л.А.Орбели вернуться к научной работе, и, наконец, в 1944 г., после второго тяжелого ранения, - несмотря на потерю глаза, он сбежал из госпиталя в свою часть, с которой и закончил войну. Он стремился на фронт потому, что это была его война, против его врагов, и думал он не о себе, а о том, чтобы быть в гуще событий. "Если не я, то кто за меня? И если не сегодня, то когда?" И не было для него вопроса - идти или оставаться.

Воевал Рапопорт так, что заслужил признание у профессиональных военных. Об этом красноречиво говорят отзывы однополчан, их переписка и представления к наградам.

Согласно общему мнению, военный и гражданский героизм - поступки совершенно различные. В военном героизме система ценностей однозначна: враг, которого надо уничтожить, свои, которых надо защищать, приказ, который надо выполнять. Храбрость, находчивость, мужество - основа военного героизма. Гражданский подвиг - подвиг одиночки на фоне инертного, а чаще противостоящего большинства, высокоморальный поступок, совершаемый вопреки традиции, общепринятому мнению, всеобщему страху и подчинению.

Военная биография Рапопорта показывает неразделимость гражданского и военного мужества в его характере. Наиболее отважные поступки - переправа через Днепр во время Черкасской операции и взятие г. Мезекомаром в Венгрии, осуществленные по его личной инициативе и даже вопреки приказам. В этих операциях он, командир батальона, брал на себя ответственность, противостоящую общепринятому порядку, но оправданную военной целесообразностью. И именно за эти операции его трижды представляли к званию Героя Советского Союза. Третий раз - после взятия Вены за прорыв через отступающие немецкие войска для соединения с войсками союзников. Будучи командиром батальона, он был награжден полководческим орденом Суворова - случай отнюдь не ординарный.

Та же цельность характера, та же естественность подвига определила поведение Иосифа Абрамовича во время и после сессии ВАСХНИЛ. С самого начала погромной кампании он буквально рвался в бой. Получив слово, знал, что сессия одобрена лично Сталиным и ее решение уже им подписано. Товарищи просили быть осторожным, но он сказал все, как думал, вопреки настроению толпы "мичуринцев", заполнявших зал, вопреки мнению Сталина и вопреки дисциплине партии, к которой принадлежал. Это стоило ему немедленного увольнения с работы с "волчьим билетом" и исключения из партии. Однако в своих научных взглядах Рапопорт не поколебался, от генетики не отказался, о выступлении на сессии ВАСХНИЛ никогда не жалел!

В 1948 г. Рапопорту было всего 36 лет, всего семь-восемь лет научной работы, включая аспирантуру и подготовку докторской. Обычно такое время достаточно только для того, чтобы начать, нащупать свою линию, а он делает работу нобелевского масштаба - открывает химический мутагенез.

Химические вещества, чрезвычайно эффективно вызывающие мутации (мутагены), заняли свое место рядом с рентгеновскими лучами и стали наряду с ними мощным средством исследования природы гена. С помощью химических мутагенов были разработаны новые пути для выведения сортов сельскохозяйственных растений и поиска лекарственных веществ.

Открытие химического мутагенеза не было случайным в научной биографии Рапопорта. Анализируя действие химических веществ на развитие дрозофилы, он показал, что они вызывают феногенетические изменения, внешне неотличимые от известных мутаций. В дальнейшем он существенно расширил спектр мутагенов, ввел их классификацию и, что особенно важно, открыл более эффективные химические супермутагены.

По мнению Рапопорта, эти результаты открывали путь к исследованию природы гена и мутаций. Но сессия ВАСХНИЛ все перечеркнула. Отстраненный от научной работы, Рапопорт смог поступить только лаборантом-микропалеонтологом по определению возраста нефтяных залежей, да и то лишь по временным договорам.

В 1953 г., уже после смерти Сталина, он пишет Н.С.Хрущеву письмо (обращаясь к нему "Гражданин Хрущев!") с просьбой принять его для обсуждения положения в генетике. Ясно, что ничего кроме увольнения из очередного геологического учреждения в ответ на его письмо не последовало. Иосиф Абрамович был вынужден еще не однажды менять место работы и в хрущевскую "оттепель", когда почти все ученые, уволенные после сессии ВАСХНИЛ, уже вернулись в биологию, а с 1956 г. - в генетику.

Только в 1957 г. академик Н.Н. Семенов смог взять его в свой Институт химической физики, где Рапопорт, сначала с очень маленькой группой, вновь стал заниматься химическим мутагенезом. Затем, благодаря поддержке директора, в институте был организован большой отдел химического мутагенеза, в котором Рапопорт продолжил фундаментальные и прикладные исследования по мутагенезу и выведению новых сортов сельскохозяйственных растений.

В начале 60-х годов Нобелевский комитет, помня горький опыт присуждения премии Б.Л.Пастернаку, сообщил советским властям о выдвижении кандидатуры Рапопорта (совместно с Ш.Ауэрбах) на премию за открытие химического мутагенеза. Иосифа Абрамовича вызвали в Отдел науки ЦК КПСС и как условие предложили ему восстановиться в партии. Рапопорт отказался. Думаю, что проявить такую принципиальность сумел бы не каждый ученый.

Работая в Институте химфизики, Иосиф Абрамович много размышлял над общими вопросами генетики. Этот период совпал и с бурным развитием молекулярной биологии. Свои исследования Рапопорт начал, опираясь на кольцовскую модель хромосомы, в основе которой лежал ген белковой природы. До 1948 г. его исследования по химическому мутагенезу не выходили за пределы этой модели. Глубоко анализируя структуру, свойств и биологические эффекты химических мутагенов, он стремился объяснить феномен генетических мишеней, поражаемых химическими веществами. Пути к пониманию мутаций искал в физико-химических особенностях химических мутагенов.

Подход, который Рапопорт продолжал углублять и развивать и в новую эпоху, не находил поддержки у современных генетиков. Его взгляды существенно расходились с общепринятыми в молекулярной генетике того времени. Но его жизнь и творчество давали право на собственные взгляды - они были безусловно ценны и опирались на развитие его предшествующих идей и представлений. Кто-то из великих физиков сказал, что ошибки больших ученых столь же важны для науки, как и их гениальные прозрения. Это вполне относится к Рапопорту. Все, что он сделал - от экспериментальных и теоретических исследований до выведения новых сортов и создания медицинских препаратов, равно как и последовательная борьба с лженаукой, заслуживают глубокой признательности современников и самого тщательного изучения.

Государственное признание пришло к Рапопорту к началу 80-х годов: в 1979 г. его избрали членом-корреспондентом АН СССР; в 1984 г. присудили Ленинскую премию; а в 1990 г., по инициативе Н.Н.Воронцова (тогда члена правительства) Рапопорту и группе классиков генетики за мужественную защиту отечественной генетики присвоили звание Героя Социалистического Труда. Академик Г.И.Абелев